НАД МУДРЫМ РАСКИНУЛАСЬ РАДУГА

В детстве я, как и многие девчонки, непременно хотела стать артисткой и в образе красавицы играть в кино значительные, запоминающиеся роли. В юности даже попробовала поступать в Щукинское и Щепкинское театральные училища, но оказалась в Московском институте культуры.
НА ПОСЛЕДНЕМ курсе судьба дала мне шанс воплотить мечту в жизнь: я полгода проучилась в ГИТИСе, правда, на режиссерском отделении, но затем вернулась в свой прежний вуз, собрав в кулак утраченные иллюзии.
Впрочем, окончательно с ними не рассталась, чуть-чуть снявшись в фильмах «Лев Толстой» и «Парашютисты». Это был весь на тот момент киношный мой опыт, который я, хоть и не без сожалений, твердо отодвинула в сторону, решив стать женой и матерью и уехать из ставшей уже привычной столицы в провинциальный Тутаев.
Жизнь моя пошла по другому сценарию, однако мечту о творчестве, к счастью, похоронить не случилось. Много всего было, но уже пять лет я с удовольствием работаю режиссером народного театра «Левый берег», два года назад получившего это высокое звание, и радуюсь тому, что в этом году народным стал и детский театр, сложившийся при взрослом отделении. Однако кино из моей жизни не ушло. 

Раскинулась радуга03:00 27 ноября 2009
Рейтинг: +3

Жизнь моя пошла по другому сценарию, однако мечту о творчестве, к счастью, похоронить не случилось. Много всего было, но уже пять лет я с удовольствием работаю режиссером народного театра «Левый берег», два года назад получившего это высокое звание, и радуюсь тому, что в этом году народным стал и детский театр, сложившийся при взрослом отделении. Однако кино из моей жизни не ушло.

Последние годы наш театр активно участвует в многочисленных съемках, благо, что Тутаев привлек внимание создателей фильмов «Подкидной», «Победители», «Котовский», «Вторые», в которых мы попробовали себя в массовых сценах. «Ярослав» — наш пятый фильм, если можно так говорить о доле участия в его создании. Хотя можно. Во-первых, в нем занято более двухсот тутаевцев, во-вторых, съемки продолжались два месяца, и, бывало, массовка сутками не уходила со съемочной площадки. Иные энтузиасты только и успевали снять костюмы дружинников, чтобы попробовать себя уже в других ролях. 

Правда, не все выдерживали ритм, темп, плохую погоду и другие атрибуты звездной славы. Они ушли, как, кстати, и некоторые члены съемочной группы. Те, кто остался, а их большинство, и чувствовали себя своими, и были ими по определению. Хотя кто мы и кто они, столичные звезды экрана?

Оказалось, простые, добрые, воспитанные люди вопреки уже сложившемуся по предыдущим съемкам нашему осторожному мнению об апломбе звезд. В «Ярославе» они сверкали, как бриллианты, и, наверное, столько же и стоили. На производстве картины, похоже, не экономили. Были задействованы каскадеры, костюмы, спецэффекты, кони, козы, куры, корова из местной деревни и даже добрейшей души медведь Степка, который стал любимцем всех без исключения участников!

Нет, все-таки, признаюсь, экономили. На массовке, потому что 300 рублей за съемочный многочасовый день ее участникам, старающимся быть максимально полезными где только возможно, по современным меркам маловато. Помню, мои ребята из детского отделения несколько часов просидели в сентябрьской холодной Волге, выполняя дубль за дублем. Их, как и всех нас, грел собственный неугасимый энтузиазм, который дорогого стоит. У меня заполнилась телефонами целая записная книжка. Участники массовых сцен, которые заболели кино, просили: звони в любое время, если только в Тутаеве опять будет сниматься фильм. Готовы и в огонь, и в воду.

Конечно, провинциалу лестно мелькнуть в кадрах нашумевшего фильма. Конечно, приятно пожить хоть недолго совсем незнакомой, преувеличенно красивой жизнью. Но главное, наверное, в другом. Каждый из нас теперь бережно носит в себе личные переживания от общения с людьми, которых вся страна знает в лицо. Они совсем не такие, какими их представляет зритель. В перерывах между дублями мы жались к ним, сначала опасаясь быть отвергнутыми в силу их звездности, а потом, ободренные вниманием, осмелели.

Валерий Золотухин, энергичный и блистательный в кадре, сразу после команды «Стоп, камера!» мгновенно старел на несколько десятилетий. Но, устало присаживаясь на тут же поданный стул и уходя в себя, оживлялся, когда к нему подходили статисты. Старался быть галантным с девушками, предлагал сфотографироваться. А в балагура и шутника Константина Милованова были влюблены почти все. И я тоже. Как-то разглядев на его лбу давнишний шрам, робко поинтересовалась: откуда бандитская пуля? Он почти серьезно признался: порезался при бритье. Я понимающе кивнула, не сразу осознав его шутку.

Александр Ивашкевич, Светлана Чуйкина, Алексей Кравченко, Борис Токарев — все они не только давали понять, что мы, массовка, их коллеги. Они, по-моему, так и чувствовали. И даже Виктор Вержбицкий, вроде бы известный своей заносчивостью и высокомерием, совсем не показался нам таковым. Мы и чай вместе пили, и анекдоты рассказывали, и в дождь под одним зонтиком сидели.

К слову, несколько пикантных моментов. Съемки и в холод, и в грязь, и в ночь требуют особого отношения к организму. При работе над предыдущим фильмом «Котовский» тутаевским артистам, хоть их и было всего несколько человек, по нужде приходилось ходить в близлежащие кустики, поскольку съемочная группа не разрешила пользоваться «звездным» туалетом. На этот раз место общего пользования было на самом деле общим. На ночных съемках мы и ели, и пили вместе с исполнителями главных ролей. Столько нового узнавали, ближе становились. У меня была голосовая массовка. Стоя в толпе своих соплеменников, я истошно кричала: «Смерть Ярославу!» Потом извинялась перед Александром Ивашкевичем, что так старалась. Фильм-то фильмом, но чувства чувствами.

Долго присматривались к оператору фильма. Такое знакомое лицо. Прямо родное, что ли. Где могли встречаться? Разобрались. Оказалось, парень — сын актера, всем известного нам по фильму «Буратино». Дмитрий Иосифов, найденный для исполнения роли деревянного героя в минском метро, выходит, и киношную судьбу своего тогда еще и не запланированного сына определил.

Дух настоящих артистов непоколебим. Алексей Кравченко в начале съемок очень страдал от болей в спине. Но только уезжала вызванная ему «скорая помощь», тут же включался в работу без поправок на самочувствие.

Когда есть что с чем сравнивать и в памяти особые познания ненормативной лексики столичной бригады на прошлом фильме, особо оцениваешь культуру взаимоотношений в коллективе съемочной группы «Ярослава». Это в большей степени заслуга режиссера фильма Дмитрия Коробкина. Как говорится, каков поп, таков и приход. Как-то, еще по незнанию персоналий, я сделала замечание активно снимающей сцену фотокамерой женщине. Она вняла и прекратила щелкать. Оказалось, я прогнала с площадки жену режиссера. Рабочий момент, но ведь значимый?

Я, конечно, могу бесконечно рассказывать о своих впечатлениях, поскольку наизусть помню каждое, даже самое мелкое из них. Но это больше мое, чем общее. А ведь при съемках «Ярослава» был и Божий промысел. Погода почти полностью соответствовала графику. Нужен для этих кадров дождь — он как по заказу. Должно светить солнце — и оно послушно выходит из-за горизонта. А в последних кадрах картины над Ярославом Мудрым раскинулась радуга. Как бы давая знамение и строительству нового города, и успеху нашего фильма.

Светлана АСАФЬЕВА.

Комментарии к статье:

Имя * (до 50 символов):
Комментарий * (до 500 символов):

Для зарегистрированных пользователей ограничения по количеству символов в тексте комментария нет.